Мы не знали, что онъ на это способенъ.
Мы не знали, что ему такъ тяжело, что "просто смерть одна".
-- Мы не знали, мы но знали,-- вотъ въ чемъ наша вина.
И еще большая въ томъ, что мы могли знать.
Люсики -- не загадки, они охотно открываютъ дверцы своей души, если видятъ желаніе посмотрѣть, что дѣлается тамъ внутри.
Но многихъ родителей-то мало интересуетъ потому, что на дѣтей они смотрятъ, какъ на какой нибудь "фабричный" предметъ,-- всѣ молъ на одну колодку!
При чемъ даже самая безобразная система домашняго воспитанія находить "оправданіе" въ томъ, что "насъ еще и не такъ воспитывали, и, несмотря на это", (чаще говорятъ "именно, благодаря этому"), вышелъ въ люди, сытъ обутъ". ("Какъ воспитывался Лукичъ").
Если такъ дѣло обстоитъ въ семьѣ, то что же говорить про школу, гдѣ обезличиваніе, прежде всего, крайне упрощаетъ, сокращаетъ и какъ бы автоматизируетъ педагогическій трудъ, приближая его къ "маршевымъ" занятіямъ. Не даромъ старые педагоги чувствуютъ такую нѣжность къ введенію въ школы военно-строевыхъ занятій. Теперь это объясняется патріотизмомъ, но но надо забывать, что "потѣшные" появились въ школахъ и получили наивысшее развитіе, когда о войнѣ еще и помину не было.
Редакціей получено письмо матери одного гимназиста, исполненное прямо безпредѣльнаго негодованія противъ этого школьнаго формализма, доходящаго до посягательствъ на самое скромное право свое, сужденіе имѣть даже въ узкихъ предѣлахъ классной работы на заданную тему.
Можно ли? при такихъ условіяхъ, говорить хотя бы объ индивидуализаціи школьныхъ мѣръ воздѣйствія?