Один только Вагнер был в прекрасном настроении и даже смеялся над нами.
На двор я решался выходить, только набив карманы камнями, чтобы «не упасть в небо». Я видел, как мелело море, — воду сгоняло на запад, где, вероятно, она заливала берега… В довершение всего я стал чувствовать головокружение и удушье. Воздух становился реже. Ураганный ветер, дувший всё время с востока, начал как-будто слабеть… Но зато температура быстро понижалась.
Воздух редеет… скоро конец… У меня было такое отвратительное самочувствие, что я начал задумываться над тем, какую смерть мне избрать: упасть ли в небо или задохнуться. Это худшая смерть, но зато я досмотрю до конца, что будет с землёй…
«Нет, всё-таки лучше покончить сразу», — решил я, испытывая тяжёлое удушье, и стал вынимать камни из кармана.
Чья-то рука остановила меня.
— Подождите! — услышал я голос Вагнера. В разрежённом воздухе этот голос звучал очень слабо.
— Пора нам спуститься в подземелье!
Он взял меня под руку, кивнул головой экономке, которая стояла на веранде, тяжело дыша, и мы отправились в угол двора, к большому круглому «окну» в земле. Я потерял свою волю и шёл, как во сне. Вагнер открыл тяжёлую дверь, ведущую в подземную лабораторию, и втолкнул меня. Теряя сознание, я мягко упал на каменный пол.
IV. ВВЕРХ ДНОМ
Я не знаю, долго ли я был без сознания. Первым моим ощущением было, что я опять дышу свежим воздухом. Я открыл глаза и очень удивился, увидав электрическую лампочку, укреплённую посреди пола, недалеко от места, где я лежал.