— Десять тысяч марок! Это почти весь мой аккредитив.[22] Может быть, вы уступите хоть несколько тысяч? — Метакса многозначительно посмотрел на Лайля. — Ну, пусть будет по-вашему, кровопивец!
И с таким видом, как будто он подписывал собственный смертный приговор, Марамбалль заполнил чек, оторвал его и, подавая Метаксе, сказал:
— С рук на руки.
Метакса не спеша расстегнул пиджак, белый жилет и рубашку и извлёк из-под рубашки папку, на которой крупным шрифтом было напечатано: «Дело N 174».
Документы перешли из рук в руки. Метакса, сладко улыбнувшись своими чёрными, как маслины, глазами, ушёл.
Но, прежде чем Марамбалль успел раскрыть заветную папку, Метакса неожиданно вернулся. Он приоткрыл дверь и, заглядывая в комнату одним глазом, похожим на маслину, сладко пропел:
— Господин Марамбалль, вы хотите вернуть свои десять тысяч марок?
— Ну, разумеется! В чём дело, Метакса?
— Дайте мне ещё две тысячи, и через полчаса у вас будут назад ваши десять. Ну, через час, не больше.
Марамбалль недоверчиво посмотрел на Метаксу.