В ту злополучную ночь, под 20 января, сидели они в комнате Карасева, ханжу попивали. Пришел почтальон Чепиков.
-- Что с почтой? -- спрашивает Карасев.
-- Разное, -- отвечает Чепиков. -- Две сумки белой кожи есть.
-- Сумки белой кожи? Ладно!
Побарабанил пальцами Карасев.
-- Иди, -- говорит Чепикову, -- погрейся маненько. Мороз ноне сильный.
Опрокинул Чепиков стаканчик, усы, запотевшие от холода, вытер.
-- Вот что, ребята, -- говорит Карасев, -- а что, ежели пощупать нам эти самые сумки?
Крутит головой Чепиков: как можно?
-- Да ты погоди, головой не крути! Коли боишься, мы так сделаем: я тебе расписку дам, что я, значит, заместо завота всю почту в целости получил, вот ты и в стороне. А я ножичком сумки осторожненько по шву чик-чик! Так что комар носа не подточит! А потом скажем, что в пути украли. И ладно будет! -- А сам все Чепикову подливает. Долго Чепиков отказывался, однако уломали. Выдал Карасев Чепикову расписку в получении почты, все честь честью, и говорит: