Несмотря на все нетерпение, прокурор принужден был признать эти соображения опытного сыщика правильными и отложить арест Штирнера до утра.
— Но я думаю, — продолжал Кранц, — что там, может быть, придется отложить и еще на один день…
— Этого недоставало! — воскликнул сухой старик в очках, министр внутренних дел, лично прибывший в комитет. Кранц поднял брови.
— Что делать, ваше высокопревосходительство, я уже изволил докладывать, что надо обдумать каждый шаг, буквально каждый шаг. Мы должны хорошо знать все расположение дома Эльзы Глюк, все входы и выходы, точно знать комнату, где помещается Штирнер, и прочее. Надо собрать эти сведения, а на это потребуется время.
Все вновь приуныли. Вдруг начальник полиции ударил ладонью себя по лбу:
— Позвольте! Я, кажется, нашел выход. Поистине сама судьба благоприятствует нам! Только на днях я зачислил в мою канцелярию одного молодого человека — Рудольфа Готлиба; известна вам эта фамилия?
— Еще бы! Неудавшийся наследник. Племянник покойного банкира!
— Вот вам проводник, Кранц, — улыбаясь, сказал начальник полиции. — Лучшего не найти. Он на правах будущего наследника изучил весь дом сверху донизу. К Штирнеру питает самое искреннее чувство ненависти. Словом, человек вполне подходящий.
— Отлично, но где его достать?
— Нет ничего легче! — Начальник полиции позвонил по телефону и отдал распоряжение.