— Хо! Хо! Хо!
Мужчина с флагом из наволочки, спотыкаясь на песке, побежал к гондоле.
— Эввива! Эввива! — кричал он.
— Итальянец,— заметил Власов.
Белый фланелевый костюм итальянца был грязен и измят. Пробковый шлем сдвинут на затылок. Черная седеющая борода всклокочена. На сизо-красном носу лупилась кожа. На ногах — желтые краги, вместо ботинок — синие выцветшие носки.
Мальчик, соскочив с ящика, помчался вприпрыжку за итальянцем.
— Пить! Пить! Пить! — было второе слово, произнесенное человеком в носках на итальянском, французском и немецком языках.
Невысокий трап был спущен. Итальянец и мальчик китаец взошли на открытую палубу «Альфы». Итальянец тотчас сел на пол, схватился за ноги, потер ступни, застонал, рассмеялся, вскочил опять на ноги, снова застонал, вытер правую ладонь о карман фланелевой тужурки, снова рассмеялся и протянул руку Бусе, который стоял впереди.
— Альфредо Бачелли! — Затем, подходя к Власову, продолжал: — Профессор археологии Болонского университета! — Пожимая руку Сузи: — Академик. Член-корреспондент Британской академии наук. Почетный член Парижской... Гарвардского универси... Ой, ноги! — И он вновь уселся на палубу и начал стягивать носки. Его красные ноги опухли, на подошвах вздулись водяные подушки.— Эти бандиты украли даже мои ботинки! — пожаловался он.— Я обжег ноги. Пить! Ради бога пить! Я умираю от жажды!
Он был похож на помешанного.