«Как так отказ? На такое-то дело!..»
Крик, шум. Среди моих товарищей несколько туркменов, узбеков было. Горячие ребята. Хотели прямо к директору всей компанией валить.
«Мы лучше к предзавкома пойдём, к товарищу Окизову, свой парень, с ним скорее сговоримся!» — предложил кто-то.
«И к предзавкому пойдём, и к секретарю ячейки. Всех на ноги поднимем, а от своего не отступимся».
Пошли к Окизову. Тот в фотоэлементах ничего не понимает, но выслушал нас внимательно. И не улыбается, хотя и есть куда улыбку прятать: усы густые, только бороду бреет. «Кроса», как говорят туркмены, — «лысая борода», безбородый.
«Что-то мудрёное затеяли вы, товарищи, — говорит, — выйдет ли толк?»
«Выйдет! Выйдет! — кричим. — Мы уже делали. У нас уже маленькая лампочка горела».
«А вы не зажжёте её передо мною?» — спрашивает.
«Зажгли бы, да перегорела».
«А отчего перегорела? Может быть, и все лампочки перегорать будут?»