Торпеды неожиданно отошли в сторону и вдруг с размаху дружно ударили «2Z» под правое крыло. Истребитель наклонился набок. Так, боком, смертельно раненный, взметнулся было вверх. Но еще и еще, со всех сторон налетели торпеды. Они жадно клевали коричневое чудище на лету. Так старый хищник — седой, страшный филин — издыхает в воздухе, когда вольные лесные птицы, выведенные из терпения, дают ему последний бой.
Истребитель теперь висел в воздухе на горизонтальном пропеллере. Уши Урландо ловили обрывки радиошифров. И вдруг все смолкло. Эфир безмолвствовал.
* * *
Лебедев спешил к заградзоне ЛТ-2. Его головной самолет «Б-19», модель которого он сам испытывал когда-то на заводе у Звягина, сейчас с полным грузом авиабомб стремительно тянул вперед.
Радист все время держал Лебедева в курсе развертывавшейся воздушной операции. Он уже знал, что над командным пунктом 44 летающий танк по неизвестной причине стал делать фигуры высшего пилотажа. Он знал, что в действие вступила зона 1, но танк прорвал ее.
— Мы должны настигнуть его у второй зоны, — решил Лебедев.
«Б-19» шел на большой высоте, грозно гудя своими мощными моторами.
Радист по трубе четко передавал из радиорубки:
— Приказ атаковать…
Лебедев распорядился: