— Десять дней, пока я лежал в госпитале, я много думал о происшедшем. Меня, как и вас, навещали следственные власти. Среди них оказались мои старинные товарищи. Поговорили кое о чем, и выводы наши совпали. Инцидент с нападением на нас раздувать не следует, нужно помалкивать. Кому надо знать, тот знает. Работать яге надо молча, проявляя максимум бдительности.
— Я не очень понимаю, почему, — сказал Груздев, протягивая стакан Шэн и умоляющим жестом прося налить ему чаю. — Ведь работа наша самая мирная!
— Очень просто. То, что случилось, это вам, дорогие товарищи, первое предупреждение. Вы идете к большой и важной цели. Случайно нам вместе пришлось выдержать первый бой. Но предупреждаю вас, впереди будет еще много препятствий. Придется преодолеть сопротивление не только природы, но и людей. Нападение Штопаного Носа — не только первое предупреждение, по и наказание за вашу беспечность. Разберем все сначала… Твои, Николай Петрович, последние научные работы чего касались?
— Техники обогащения минеральных удобрений, — ответил Бутягин, поправляя пенсне.
— Это нужно для постройки машины? Расскажи подробнее.
— Конечно. Дело, видишь ли, вот в чем. Лет пять назад экспедиция Таджикского университета обнаружила на плато Памира громадные заросли дикой пшеницы. Зерна ее были вчетверо больше по размеру, нежели зерна самой лучшей пшеницы «мильтурм 19». Каждый колос этой «дикой» пшеницы давал сто шестьдесят зерен. В следующем году комсомолец Новоселов на опытном поле, подвергая облучиванию днем и ночью ультрафиолетовыми лучами пшеницу в период колосоношения, получил ускорение созревания в три раза против нормы и увеличение веса зерен на шестьдесят семь процентов. Это натолкнуло меня на мысль, что применение облучивания ускоряет биохимические процессы прорастания и созревания растений.
Он на минуту замолчал и стал протирать пенсне.
— И что же? — чуть волнуясь, задал вопрос Лебедев.
— Я дал только мысль, а Владимир Федорович почти спроектировал машину. Замысел ее таков: она, двигаясь по земле, может одновременно разрыхлять почву, удобрять ее и сажать зерно. Последовательно пропуская сквозь почву особые токи, машина так активизирует азот удобрений и белковые вещества зерен — семян, что сзади машины, буквально через несколько минут, прямо у тебя на глазах, будут вырастать свежие молодые побеги. Еще не совсем разработано дополнительное устройство, позволяющее машине тут же окуривать ростки особой неядовитой разновидностью газообразных цианистых соединений. И вот, через двадцать четыре часа выезжает на это поле жатвенная машина. Пшеница, рожь, овес, кукуруза, посеянные нашей машиной, должны созреть в одни сутки… — Бутягин оживился и даже начал жестикулировать, что никогда не было его привычкой: — Жните, молотите, собирайте зерно в элеваторы!..
— Да, это вот действительно научная фантастика, — мягко улыбнулся Лебедев. — Вы только представьте себе сто тысяч таких машин на наших полях… А на следующий день опять можно сеять вашей машиной?