Я совершенно неумѣстно исполнилъ соло на губахъ:
"Ужель такъ скоро..."
30 января.
Яркое солнце свѣтитъ надъ Лозанной.
Ручьи -- нѣтъ, цѣлые каскады -- летятъ по улицамъ. Весело. Особенно весело въ полдень, когда другой бурный весенній каскадъ устремляется изъ университета, изъ коллегій, школъ, конторъ, лавокъ. "Спѣшитъ обжорливая младость"... такъ, кажется, сказано у Пушкина? Люблю этотъ часъ, этотъ живой ручей. Онъ кружитъ меня въ своей воронкѣ и увлекаетъ все дальше, дальше...
Сегодня видѣлъ ее.
Чѣмъ-то огорчена, озабочена. Грустный видъ. Подъ глазами темныя пятна. Пробовалъ утѣшить. Разсмѣшилъ. Она позволила мнѣ купить лодку-качалку и двухъ паяцовъ.
Ихъ двое да я -- трое.
Когда мы прощались, она взяла мою руку, долго разсматривала ладонь и покачала головой...
-- Вы хиромантка? -- спросилъ я.