Медовый мѣсяцъ миновалъ. Я подумывалъ о домѣ и не зналъ, какъ это устроить, т.е. какъ благовиднѣй обставить свой отъѣздъ. Въ какой степени я долженъ проявить свое благородство по отношенію къ женщинѣ, которая украсила мои каникулы? Какъ долженъ реагировать на ея укоры и слезы -- буде сіе случится? И такъ далѣе, и такъ далѣе.
Откровенно говоря, я простылъ.
Помогла мнѣ сама Римма.
Она получила какое-то письмо и сильно волновалась... Хмурилась, нервничала и даже... плакала. На всѣ мои вопросы отвѣчала молчаніемъ, нервнымъ подергиваніемъ плечъ, и потомъ вдругъ сказала, да съ такой злостью:
-- Во всемъ виноваты вы!
-- Я?!!
-- Разумѣется, вы.
-- Но въ чемъ дѣло?
-- Оставьте меня въ покоѣ! Послѣ узнаете... Ахъ, какая я дура!
И, повалившись ничкомъ на кровать, судорожно зарыдала.