Послѣ того онъ закурилъ сигару и пошелъ съ Брандтомъ опять къ пруду, чтобъ посмотрѣть, говорилъ онъ,-- какой курсъ держитъ Генрихъ.
Дядюшка Вульфъ избѣгалъ Гамбурга опять ровно три года. Наконецъ онъ возвратился и привезъ Генриху байковый камзолъ и самой странной Формы лакированную шляпу.
Погостивъ нѣсколько дней въ семействѣ Брандта, капитанъ сказалъ наконецъ:-- однако мнѣ долѣе нельзя оставаться здѣсь; у меня есть грузъ на Лиссабонъ. Генрихъ отправится со мной!
Все, что нужно, было переговорено; родители проводили Генриха въ городъ, а вскорѣ и корабль Эмилія снялся съ якоря. Родители и сестра стояли на берегу, по Генрихъ къ своемъ корабельномъ одѣяніи, стоялъ возлѣ капитана на палубѣ и отъ слезъ едва могъ видѣть ихъ.
-- Они уже скрылись изъ глазъ, Генрихъ, сказалъ онъ наконецъ сострадательно.-- Ступай на койку и усни.
Генрихъ пошелъ на свою койку.-- Это была небольшая перегородка на палубѣ, гдѣ онъ только что могъ спать. На полу въ узкомъ ящикѣ была постлана постель, а прямо надъ нею находилась другая постель для другаго моряка. Генрихъ легъ, но не могъ заснуть, онъ думалъ объ родителяхъ, объ Эмиліи, объ садѣ и объ прудикѣ, и слезы текли изъ глазъ его.
Наконецъ нашъ маленькій морякъ проголодался и сталъ думать объ другомъ, Онъ съ любопытствомъ выползъ изъ своей койки, и матросы стали смѣяться надъ его заплаканными глазами, такъ что онъ твердо рѣшился впередъ не плакать болѣе.
Въ эту минуту привѣтилъ его дядя, стоявшій на палубѣ возлѣ одного матроса.
-- А, ты уже выспался? спросилъ онъ его со смѣхомъ.
-- Теперь принимайся за работу.-- Штурманъ, покажи, что ему надобно дѣлать.