-- Это правда! сказалъ директоръ.-- Итакъ, предъ цѣлымъ классомъ я прошу у тебя извиненія и ставили тебя въ образецъ всѣмъ прочимъ. Теперь же скажи мнѣ объ теперешнемъ случаѣ сущую правду. Знаешь ли ты, кто принесъ кошку?
Весь классъ вздрогнулъ при этомъ вопросѣ.
-- Или не имѣешь ли ты какого подозрѣнія? спросилъ директоръ далѣе.
-- Имѣю! сказалъ Германъ послѣ минутнаго раздумья.
У Гойера отъ страха зубъ не попадалъ на зубъ, и въ подобномъ положеніи находился почти весь классъ.
-- Г-нъ директоръ, произнесъ Германъ умоляющимъ голосомъ,-- избавьте меня отъ отвѣта.-- Я не могу быть обвинителемъ, еслибъ дѣйствительно зналъ виновнаго, а тѣмъ еще менѣе при одномъ только простомъ подозрѣніи.
Весь классъ вздохнулъ свободнѣе, директоръ помолчалъ съ минуту, повидимому о чемъ-то размышляя.
-- Ты правъ! сказалъ онъ наконецъ и подалъ Герману руку,-- Ступай на свое мѣсто, а вы все не забывайте, о чемъ просилъ васъ Борнъ; виновный же, ктобъ онъ не былъ, долженъ помнить, что я только изъ любви къ Борну оставляю на этотъ разъ дѣло объ кошкѣ.
Директоръ удалился и г. Бадеръ, все еще внѣ себя отъ изумленія, продолжалъ свой классъ. Германъ же скромно сѣлъ на свое мѣсто, гдѣ Гойеръ тихо подъ столомъ подалъ ему руку.
-- Теперь я во всякомъ случаѣ буду ея Борна! сказалъ онъ товарищамъ, когда стали расходиться по домамъ.-- Онъ самый лучшій товарищъ во всемъ классѣ и никогда не способенъ быть ябедникомъ.