-- Но что же будетъ съ наукою, мой любезный Константинъ? спросилъ опять г-нъ Клейнъ съ добродушною улыбкою.
-- Г-нъ Клейнъ, сказалъ Константинъ, помедливъ немного.-- Я на будущее время посвящу себя исключительно растеніямъ и минераламъ. Растенія и камни представляютъ неизмѣримое поле.
-- И на этомъ полѣ я буду помогать тебѣ собирать любопытные для тебя предметы. Ахъ, добрый г-нъ Клейнъ, оставьте моего Константина на этомъ полѣ.
Клейнъ ласково согласился и простился съ дѣтьми. Константинъ принесъ клѣтку, и съ могилки кроликовъ двѣ птички выпорхнули на воздухъ.
СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ.
Арендатора Ретшера въ Богендорфѣ посѣтилъ другъ его юности, купецъ Буркъ, изъ ближняго города. Послѣ завтрака повелъ онъ друга въ свой прекрасный садъ, и тамъ въ бесѣдкѣ увидѣли они обѣихъ дочерей Ретшера. Тринадцатилѣтняя Клара сидѣла на дерновой скамьѣ и держала книгу въ рукѣ; шестилѣтняя Берта стояла передъ ной на колѣняхъ и читала подъ надзоромъ сестры.
-- Прекрасная картина, сказалъ г. Буркъ.-- Въ этой величественной природѣ дѣти кажутся мнѣ столь прелестными и внимательными, какъ едва ли бываетъ это въ школѣ.
-- Ты знаешь мое правило, любезный Буркъ, отвѣчалъ Ретшеръ.-- Человѣкъ долженъ учиться всему изъ любви къ дѣлу, а не принужденію.
-- Поди ты съ твоими правилами, сказалъ г. Буркъ.-- Еслибы слѣдовать имъ, то мало нашлось бы людей, которые чему бы нибудь выучились. Однако въ эти два года, какъ я не былъ у васъ, дочери твои довольно выросли.-- Добраго утра, дѣти!