Эти строки обычно вплетают Петру в лавровый венец: железная де необходимость уздой над бездной вздернуть Россию. В поэме логика уровней схватывает текст в контексте целого; вспомним, что ближе лежащие уровни 3,2 и 3,3 живописали ужасное страдание мятежного Евгения; живописали, как он подвергался действию бичей и ударов камней, как вдруг он вспомнил весь пленум случившегося ужаса; скажем заранее, что уровни 3,5 и 3,6 живописуют -- то же; и между прочим: живописуют страшное прояснение его мыслей на корень зла; уровень 3,4 схватываясь с 3,2, с 3,3, с 3,5, с 3,6 в контекст целого не может быть понимаем в приятном для властелина судьбы смысле; властелин Судьбы -- палач пыток Евгения; за плетями, камнями, смертями, гробами -- стоит Он. И стало-быть: ритмический жест четверостишия меняет смысл якобы "патриотических" строк в смысл истязательный; властелин -- пытает таких, как Евгений, бунтарей со страшно проясненными мыслями; отсюда: властелин -- палач России: орудие пыток... "дыба"; "Россию вздернул на дыбы" прочитываемо с жестом: "Россию вздернул на дыбу".

Всюду сквозь образы поэзии Пушкина проходят подобного рода непроизвольные каламбуры ужасною содержания; и над его рукописями спорят, как над пресловутой строкой под изображением повешенных декабристов: "И я бы мог, как...." далее неразборчиво: "шут" или "тут"; т. е. "ш" или "т"; я бы сказал: и "ш" и "т" в страшной раздвоении сознания Пушкина; "шут" выговаривая "пиита Хвостов", стаскивающий "изношенный картуз" (камер-юнкерскую треуголку),-- по обязанности перед попечением о нем его спасающих генералов; и конечно же: мог, как "тут" (вполне серьезно).

То же со словом: "дыбы", "дыбу" при "коне", равной России и одновременно равной -- "невской волне" (в других контекстах).

Для меня ясно: номер 3,4 кричит о "дыбе" Евгения -- тем более, что в контексте вслед за ним пресловутая сцена с "ужо тебе".

Иначе не мог переживать Пушкин.

Следующие три пары соответствий представлены только верхними уровнями, т. е. 3,5 и 3,6; нижняя тема, вполне сказавшись на 1,8, молчит; уровни 3,5 и 3,6 присоединяют лишь свое содержание к верхней теме.

Уровень 3,5.

В ракурсной схеме он -- максимум всей кривой "5". Это -- десятистрочный отрывок, о котором я упоминал; в нем Евгений узнает все в истинном свете, потому что "прояснились в нем страшно мысли"; он узнал "Того, кто недвижно возвышался во мраке медною главой"; узнал "и львов, и площадь"; после дешифрирования нижней темы от тумана "пиитических" смыслов, верхняя тема смотрит прямо в суть нижней и выражает свое истинное отношение к ней.

Уровень 3,6 (16, 38, 41, 42) немного меняет в узнанном; номер 16-й: предчувствия ужаса Евгения (первая часть); и наступление утра: "И бледный день уж настает. Ужасный день" (8 строк с хвостиком); номер 38-й (7 строк): начало "сумасшествия": "Его смятенный ум против ужасных потрясений не устоял. Мятежный шум... Невы и ветров раздавался в его ушах" и т. д.; номер 41-й (7 строк с хвостиком): "Раз он спал у Невской пристани"; далее происходит удивительное перерождение лейт-мотива воды; ниже уровня 2,6 она -- во власти первой, всадниковой темы: она -- зла; она -- конь; она -- орудие разрушения; в верхней теме вода -- безвольна; море ее гонит обратно и т. д. "Вал плескал на пристань, ропща пени и бьясь о гладкие ступени, как челобитчику дверей ему не внемлющих судей". Вместо того, чтобы быть членом шайки злодея, вал взбунтовывается, и ропщет вместе с Евгением: "Суда, суда". Этот ропщущий вал -- народный ропот; в частности: это -- взбунтовавшиеся в декабре солдаты; номер 42-й (4 строки): Евгений проснулся и слушал ропот в его ушах раздававшегося все время мятежного ветра; этот ветер -- ветер восстания:

И с ним вдали во тьме ночной