Личное "Я" думает о себе, что оно содержательно; содержанием сознания оно держится прочно; вне его личное "Я" не есть "Я", а... так себе... что-то; в осознававши содержания конкретного "Я", как объекта, личное "Я", как таковое, откинуто от представления о "Я", как единстве сознания, и растоптано в формах познавательной деятельности; в сущности оно -- далеко, на пустынном шаре природы, повешенном в безысходных пустотах; оно -- в теле, там; стихотворение Баратынского характеризует тут встающее настроение:

Напрасно ты металась и кипела,

Развитием спеша:

Ты подвиг свои свершила прежде тела,

Безумная душа!

И тесный круг подлунных впечатлений

Свершившая давно,

Под веяньем возвратных сновидений

Ты дремлешь; -- а оно Бессмысленно глядит..."

"Оно" -- в теле личное "Я" -- выкинулось философией истекшего века из мира субъекта; над-индивидуальное, формальное "Я" предопределило "Я" личное; этим оно умертвило -- "Я" личное; бьющий вулкан превратило в... потухший вулкан; а "Я", наше "Я" -- живое, конкретное, вечное, -- чувствует себя между раздавленным "Я" страстей и "Я" логическим, не открытым в подлинной сущности; чувствует себя, как в орлиных тисках; и разрывается -- между телом и духом; дух в образе логического организма подхватывает "Я" и уносит, как Ганимеда -- орел; мир убегает; воззрение на него становится бледно угасшим; смысл и конкретность в нем стерты; мировоззрение -- метод; и методов -- много; они -- равнозначны, образуя замкнутый круг; круг душа обошла; и он -- стал ей тесен; в мировоззрениях чувствует себя "Я" под "веяньем возвратных сновидений" -- изжитого тесного круга; методология -- номенклатура изжитого тесного круга; теория знания XX века мировоззрение убивает: мировоззрение связано с теперь распыленной натурой; в нем "Я" -- "оно", которое, по словам Баратынского, -- "бессмысленно глядит"; интуитивизм в первых стадиях своего логического выявления сходит на землю пустыней; земля -- мертвенеет и -- отваливается от ног; и уже в первых стадиях перехода от интуитивизма в логизм, вслед за потерянной мертвой почвой земли, чувствуешь: головокружение в логике тебя схватило; чувствуешь свое конкретное "Я" выбитым из души и отходящим к неведомым безднам темно-лазурного купола; этот купол, не озаренный никак, в сущности, тобою не видим: он -- гносеологическое сознание, хищно напавшее на тебя и тебя охватившее, как бы... сзади; что тебя охватило, в сущности не понимаешь ты; определяется оно в твоем "Я" -- негатив неведомой власти, тебя уносящей; что ты уносим, постигаешь ты лишь во взгляде на землю; в стадии натурализма ты стоял на земле; и земля от тебя побежала; заключаешь отсюда, что ты улетаешь -- в надземное; надземное вырастает, как холод, в тебе, но сквозь тебя -- прорастает; и тебя от земли -- отделяет; одновременно ты -- Ганимед и орел34: охватив тебя лапами, Зевесов орел медленно врастает в тебя; чувствуешь себя новорожденным влазурии катастрофически погибающим в зелени; зелень жизни, став колосом, зелень, -- измолота; ты теперь -- пища; ты и идущий; сознание не твое, сквозь тебя освещает миры, ты с ним сливаешься; оно -- глубокий колодезь -- в тебе и одновременно тебя растворяющий купол лазурный; чувствуешь, как ты в себе тонешь; чувствуешь себя собой освещенным; и одновременно: освещение, сквозь тебя проходящее, -- как не свое освещение; ты -- и ты, и -- не ты; ты -- свет, разлитый в природе; но ты не источник; свет, разлитый тобой, -- отраженный, логический; ты в этом свете -- луна, озаряющая под собой висящую землю; все, все, все -- озарено лишь тобой; ты же -- не светоч; ты -- зеркало. В эту первую стадию интуитивного тона мы впервые вступили на заре истекшего века; стадия умерщвления жизни есть Кант со своей школой; стадия ж отлетания -- похищения орлом Ганимеда (или же выхождения в мысли из тела) только еще начинается на трагичной круче, в логизме: это стадия -- лунности; мыслимы еще озарения на этом пути в пресуществлении пути; орел еще нападает; он еще хищник; орлиная лапа терзает Ганимедову грудь; и терзание мысли, умирающей, чтобы восстать в третий день, есть логизм теоретико-познавательный35, нам бытие иссушающий.