83 Ритм -- одна из важнейших категорий в философско-эстетической системе Белого, как и в кругу русских символистов вообще, так как именно ритм организует гармонию Вселенной, превращает ее в единое целое. Чтобы слегка сгладить полемический настрой Белого, приведем характеристику ритма, данную Метнером, вполне совпадающую, хотя и не столь изысканно выраженную, с мнением Белого: "Вначале был ритм. Так говорит не только Ганс фон Бюлов и др. музыканты, но и астроном Ферстер. "Ритм имеет в себе нечто магическое: он заставляет нас верить в то, что возвышенное принадлежит нам", -- так говорит Гете <...>. Ритм есть творчески-первичный элемент, нечто индивидуальное, врожденное в своем движении, иррациональное". И далее в связи с музыкой Метнер продолжает: "Ритм есть творческая идея (выделено мною. -- И. Л. ), такт является бессодержательно-формальною грамматическою данностью музыкальной речи, а метр представляет собою неизбежный жизненный компромисс, без которого невозможно воплощение ритма" (Вольфинг Модернизм и музыка. М., 1912. С. 355--358). Таким образом, речь идет о ритме, как и в данном контексте, воплощающем первичный "смысл". И в этом значении "ритм" представляет собой особую "подвижную" форму, способную объединить материал, проявить его внутреннюю "идею". Для Белого музыкально-поэтический ритм -- одно из соответствии-символов (с маленькой буквы) главной творческой формы, организующей гармонию бытия -- "Символ" (с большой буквы), как и философская "идея" (идея в явлении), природный "организм", человеческое "самосознание", религиозный "Дух". В статье "Почему я стал символистом..." он писал: "...сферой же искомого символа мне было самое прочтение принципа культуры как ритма и ритма как выявления человеческого Духа из свободы" (Символизм. С. 478).
84 Контрапункт, наряду с ритмом, -- одно из центральных понятий философии и эстетики Белого. О контрапункте как конкретном элементе поэтики и интерпретацию его "музыкального" смысла в отдельных произведениях Белого см.: Гервер Л. Андрей Белый -- "композитор языка" // Музыкальная академия. 1994. No 3. Но для Белого это не просто технический прием. Этим музыкальным термином Белый часто обозначал некое мировоззренческое единство в множественности, гармоническое слияние теоретического и интуитивного познания, способность к анализу и синтезу одновременно. Схема контрапункта, пишет он в "Эмблематике смысла", "в переложении и сочетании мировоззрений; принцип контрапункта -- критицизм, соединенный с гнозисом символизма" (Символизм. С. 438). Собственное мировоззрение и антропософию он также характеризует как контрапункт: "...тут и там попытка вопрос о мировоззрении заменить теорией мироврззрительного контрапункта" (Почему я стал символистом... // Символизм. С. 456). Семантическое поле этого слова пересекается у Белого с семантическими полями других слов, которые также в той или иной мере выражают "смысловую связь" (символ, градация, ритм, сознание и др.).
85 Метнер имеет в виду, что "оккультный" способ познания Штейнер обосновывал с помощью точных наук (нем,: exakt -- точный).
86 Монизм эпохи рубежа XIX--XX вв. связывался с именем Гекхсля и сближался с материалистическим способом познания, так как Геккель в 1906 г. основал "Союз монистов", который ставил целью борьбу с религией и пропаганду материализма (с 1912 г. "Союз монистов" возглавил физик Вильгельм Фридрих Оствальд. Штейнер же называл свое мировоззрение "мысленным монизмом" (Философия свободы. С. 157), а о материалистическом монизме писал, что "представители современного монизма, с профессором Геккелем во главе, узнают в Гете пророка дарвинизма; представляют себе органическое, совершенно в их смысле -- подчиненным законам, действующим в неорганической природе. Чего Гете недостает, так это селекционной теории, с помощью которой, мол, только Дарвин обосновал монистическое мировоззрение" (Abftchhus über Coetbes morphologische Anschauungen // Einleitungen. S. 116). См. также примеч. 9 к гл. 2.
87 Имеется в виду, что основу и природы, и искусства (здесь: изобразительного) составляет единая нематериальная сущность -- дух (свет).
88 Примеч. 24 паст. гл.
89 Белый имеет в виду рассуждение Штейнера, который в статье "Гете против атомизма" называет "нелепостью" фразу из выступления Гельмгольца на заседании гетевского общества в Веймаре 11 июня 1892 года: "Можно сожалеть, что Гете была неизвестна уже открытая к тому времени Гюйгенсом волновая теория света, она дала бы ему в руки более правильный и наглядный "прафеномен", чем этот, едва ли подходящий сюда и спутанный процесс прохождения света через мутные среды (Einleitungen. S. 313). Mетнер же, напротив, ссылаясь на работу Гельмгольца "О естественно-научных трудах Гете", соглашается с его мнением, что Гете "вынужден (?1) был выступить вражески против механицизма, угрожавшего ежеминутно его поэтическому благополучию" (Размышления о Гете. С. 471).
90 Белый, в сущности, поднимает вопрос не Гете, а Штейнера, который считает, что Гельмгольц, как и вообще современная физика, пытается "растворить" чувственно воспринимаемый процесс в чувственно невоспринимаемых механических движениях" (Einleitungen. S. 313), рассматривает чувственные восприятия (здесь: восприятия качеств. -- И. Л.) как "субъективные состояния, вызванные объективными процессами", что для Штейнера -- "бессмысленно" (Einleitungen. S. 318), так как чувственные ощущения (наше восприятие) отражают объективный характер действительности.
91 Далее в § 39--42, отталкиваясь от доказательства существования нескольких "механик", Белый, по сути, предлагает стройную систему точных наук, обосвонывающую возможность "метаморфозы" -- органического принципа Гете (толкуемого широко), а значит, возможность символизма и "духовной науки" Штейнера.
92 Метнер имеет в виду гетевский "поэтический" "угол зрения", что все-таки не вполне точно: "Для физики "истина" то, что помогает ей овладеть физическим миром; для Гете "истина" то, что плодотворно для мира духовного. Девиз физики -- звать, чтобы предвидеть, предвидеть, чтобы как можно прочнее овладеть; девиз Гете -- знать, чтобы создать образ, создать образ, чтобы как можно прочнее полюбить" (Размышления о Гете. С. 120).