20 Критика чистого разума" (1769--1781).
21 Штейнер имеет в виду неокантианцев.
22 ...вреден (..-У школьный фанатизм, которым одержимы иногда специалисты по научной философии преимущественно неокантианского толка <...>. Не будучи в состоянии работать в ней творчески, "интуитивно", т. е. расширяя ее область, а работая лишь "дискурснвно", ориентируя и систематизируя, т. е. упорядочивая ее область, трудолюбивые философские муравейники грозят тем, что другая сторона философии, не научная eui generis, а художественная eui generie, постепенно исчезнет из поля духовного зрения нашей эпохи".
23 Ср.: "Прежде всего необходимо усвоить себе столь характерный для Гете адогматизм, свободу и в то же время подчинение какому-то конфигурационному закону в сочетании монизма, дуализма и плюрализма" (Размышления о Гете. С. 69). Далее, стремясь сблизить Канта и Гете, Метнер утверждает прямо противоположное: "Трансцендентализм Канта находится, подобно мировоззрению Гете, по ту сторону пререканий между монизмом, дуализмом, плюрализмом" (С. 296--297).
24 Книгу немецкого философа Иоганна Иммануила Фолькельта "Кантовская теория познания" (Immanuel Kant's Erkenntnis theorie nach ihren Grundprinzipien analysiert. Ein Beitrag zur Crundlegung der Erkenntnie théorie. Leipzig, 1879) Штейнер назвал "лучшим из всего, что произвела новейшая философия" (Goethes Erkenntnistheorie // Einleitungen. S. 146).
25 Имеется в виду книга основателя Марбургсхой школы неокантианства Германа Когена "Теория опыта Канта" (1871).
26 Prinnpia (лат.) -- принципы, начала. Речь идет о законах ("началах"), которые сформулировал Исаак Ньютон в книге "Математические начала натуральной философии" (1687): три закона движения (закон инерции, закон пропорциональности силы и ускорения, закон равенства действия и противодействия), закон всемирного тяготения и др.
27 По поводу этого пассажа Метнер замечает в своем Ответе Белому: "Чемберлен действительно дилетант, par excellence, художник дилетантизма и культуртрегерства; живи он в доброе старое время, когда науки не разрослись еще в области необозримые и непроходимые без всецелой отдачи себя одной из них, Чемберлев был бы <...> энциклопедистом" (Л. 114). Более того, Метнер считает, что научный труд ботаника Чемберлена о Гете -- один из трех лучших па эту тему, наряду с книгами "философа Знммеля и германиста Гундольфа" (Л. 113).
Метнер также защищает от нападок Белого позицию санскритолога Пауля Дейссена: "Неужели его дилетантизм связан с тем обстоятельством, что он, <...> прилежно изучавший Платона, "ориентирован" все же не на традиционно построяемом генезисе европейской философии от эллинских гилозоистов до современных прагматиков и не па естественной пауке, т. е. не неокантиански, а совершенно по-новому, именно на индоарийских мифологемах и философемах" (Л. 115). "О его многотомной истории философии, -- продолжает Метнер, -- начиная с Веданты и Библии, и о его переводах индусской философии, наверное, осведомлен и А. Б." (Л. 116). Действительно, далее Белый будет опираться на некоторые выводы Дейссена.
28 Ср.: "Научное убеждение только через самого себя, -- таков девиз кантовской философии. Главным образом поэтому он назвал ее критической в противоположность догматической, которая получает уже готовые утверждения и лишь впоследствии подыскивает к ним доказательства" (Очерк теории познания. С. 58).