- Так вот и я! - вздрагивает Дарьяльский; смотрит - упадает кубовая над головою синь; поля, леса, избы - все кубовое, ночное: желтый месяц встанет - и тени.
"Будто я в пространствах новых, будто в новых временах", - вспоминает Дарьяльский слова когда-то любимого им поэта: и тот вот измаялся: если останется в городе, умрет; и у того крепко в душе полевая запала мысль. И невольно слова любимого поэта напоминают другие слова, дорогие и страшные:
В бесконечных временах
Нам радость в небесах,
Господи, помилуй!
Мы, оставя всех родных,
Заключась в полях пустых,
Господи, помилуй!..
Чу! с той стороны пруда родной отзыв:
Был я Богом посещен