-- Гибель!
А гибели -- не было; зов на баркасы был -- гибелью; с ним и боролся А. А.; не расслышал духовной команды; А. А. не сумел сделать внятной команду; А. А. был Колумб, верно правивший плаваньем, но неверно осведомленный о способностях к слуху; оба -- неправы; опять-таки, -- правы; вина -- не во мне и не в нем; и опять-таки, -- может, во мне; он меня не винил; за мной бунт; я его обвинял.
Вины не было там, где искал я; вина в том, что трудные переживанья мистерии человеческих отношений свалились совсем неожиданно; невоплотимые без духовной работы и без среды сизигической социальности, о которой мечтал Соловьев, -- отношения опрокинулись: в безобразие долгих, гнетущих, кошмарами дышащих дней, даже месяцев; где же мудрые, вещие руководители знаний? Они -- опоздали: они не пришли, допустивши надрыв в этой пламенной жизни.
По книжечкам циклов, прочитанных Штейнером36, просто указывать, где напутал в пути к посвящению Блок... И легко говорить: "Фридрих Ницше погиб оттого, что ключами науки еще не владел..." Где были ключи? Допустили страдание Ницше и лучшего русского, нужного русским.
Блок -- душа столь огромная, что овладей она тайнами знания, она озарила бы светом Россию: но констатировали: что в начале столетия вопрошала душа русской жизни, не получая ответов.
Позднее -- я рассказывал Блоку: антропософия мне открыла то именно, что для нас в эти годы стояло закрытым; но было уж поздно; стоял опаленным А. А., потому, что он ранее прочих стоял пред Вратами; пусть тысячи, запасающиеся антропософскими циклами, безнаказанно знают пути, изучая внимательно пятьдесят с лишком циклов!
Вы скажете: антропософия! Да, -- слишком поздно!..
Я Блока простить не могу!
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Он тянулся к гармонии человеческих отношений; об упражнениях, медитациях, шести правилах37 не говорили ему; помню я, что дрянную книжечку Ледбитера38 он перелистывал; и -- разглядывал ауры; но не к восточным же теософам? И сквозь Ледбитера в годы те он подслушивал что-то. И юношей он понимал: человеческий коллектив -- индивидуум: орган Софии; искал он связаться, искал "эзотериков": "Свяжем вместе руки, отлетим в лазурь"... Знал, -- для этого отлетания надо конкретно самим стать лазурью: "Не поймешь синего ока, пока сам не станешь, как стезя"; как же стать "синим оком"?