Преступивший последний порог...
Невидим для очей,
Через полог ночей
На челе начертал примиряклций Рок:
"Ничей..."52
Я впоследствии вспоминал эту сцену: стоящего над развернутой книгою по сравнительной филологии (может быть, и над книгой Судьбы), отражающего улыбкою наносимый удар: и большое чело поразило; не оттого ли, что здесь "начертал примиряющий Рок".
-- Ничей!
-- Я -- рад!
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
В воспоминании -- вспомнилось (воспоминание вспомнилось) первое появление Блоков ко мне на Арбат; и -- какое-то замешательство между нами троими, как вести судьбы о грядущем несчастии; там, в очень маленькой, тесной арбатской передней в предчувствии предносилось стояние нас через два с лишним года у письменного стола над тяжелою книгою по сравнительной филологии (может быть -- книгой Судьбы), у окна, показующего ледяные пространства воды с очень малыми зданьями издали; там грязнели от дыма клокастые черно-синие, черно-серые тучи, повисшие праздно, перерезаемые полетом ворон: