Вот как: "Чтоб на ложе долгой ночи не хватило страстных сил", "я испустил впервые страстный крик". До этого периода -- не было испускания страстного крика; была любовь -- мистическая, туманная, может быть: -- целомудренная, болезненная; не жгла крови она; теперь -- страстные крики с одною из многих; может быть, -- с каждой из многих? "О разве, разве клясться надо в старинной верности навек? Лучше "вспомнить узкие ботинки, влюбляясь в хладные меха?" И любовь одной из многих к поэту -- такая же: "И любви цыганской короче были страшные ласки твои". Он сам удивлен этими страшными ласками, к которым "принес... усталые губы и... плети изломанных рук", -- удивленно: "разве это мы звали любовью?"; да, -- тема любви (мистической, просто любви) заслоняется именно в это время тем, чему поэт удивляется: разве это мы (мистические юноши) звали любовью?
Что же? Или, верней, -- как же? А вот как: "к плечам ее атласным тоскующий склоняется вампир"; он хочет, "склонясь над ней влюбленно и печально, вонзить свой перстень в белое плечо"; и от нее требует он: "так вонзай же, мой ангел вчерашний, в сердце -- острый французский каблук". Женщина для него -- вчерашний ангел, то есть сегодняшний черт, с которой "тесно дышать от объятий"; счастье, которое можно получить от нее, -- "мрачные, порочные услады"; жизнь с ней течет -- "восторгом, бурей, адом"; страсть ее -- "дикая"; он просит ее: "пронзи меня мечами"; он восклицает: "О, зрелой страсти ярость"; она пронизывает его "страстной болью"; "и обугленный рот в крови еще просит пыток любви"; ему становится жутко в "эту страшную пропасть глядеть"; "нет, не смирит эту черную кровь даже -- свидание, даже любовь"; "их было много. Но одной чертой соединил их я, одной безумной красотою, чье имя: страсть и жизнь моя"; года его есть буря страстных лет; иногда вспоминаются лишь из этой бури страстей со многими: "О, миг непродажных лобзаний! О, ласки некупленных дев " и т.д.
И вместе со страстью звучит тема крови, новая для А. А. Много крови; "и был в крови вот этот аметист"; "и пил я кровь из плеч благоуханных"; "чтоб кровь не шла из черных жил"; "хлынь кровь и обагри снега"; "губы с запекшейся кровью"; "знаю, выпью я кровь твою"; "это кровь прошумела в ушах"; "и обугленный рот в крови"; "кровь розовеет... на свет"; "и сердце захлестнула "кровь "; "закат в крови"; "сквозь кровь и пыль"; "с кровавых полей"; "кровавый отсвет в лицах есть"; "старое сердце в крови" и т.д.
Страсть и кровь господствуют в мире: впечатление жути рождается от созерцания этого мира; он -- " страшный мир"; все в нем
-- и дико:
-- все в нем -- гибель:
"гибель... предстоит"; "и в ужасе, зажмуря очи, я отступаю в ту область ночи, откуда возвращенья нет"; "как страшно все! Как дико"; "страшен невидимый взгляд"; "утром страшно мне раскрыть лист газетный"; "страх могилы"; "тревогу свою не смирю: она все сильнее"; "отгони непонятный страх"; "твой... ужас бесполезный"; "тем жизнь страшней"; "из-под ресниц сверкнувший ужас, старинный ужас дай понять"; "сонмы лютые чудовищ налетали на меня"; страх познавший Дон-Жуан "; "не спал мой грозный Мститель "; "непроглядный ужас жизни"; "как жизнь страшна"; "страшный мир!"; "о, страшный час"; "до ужаса знакома"; "забудь о страшном мире"; "страшной памятью сердце полно"; "жутко"... стало; "мы дети страшных лет России".
Страх охватывает от приближения "Мстителя"; сердце поэта ждет гибели: "чеченская пуля верна"; "чуешь ты, но не можешь понять, чьи глаза за тобою следят"; "есть дурной и хороший есть глаз, только лучше б никто не следил"; "я привык, чтоб над этой постелью наклонялся лишь пристальный враг"; "роковая гибели весть"; "погибельные муки"; "Так! Погибайте!"; "ты нам грозишь последним часом"; "задремлешь, и тебя в дремоте он острым полоснет клинком, иль на безлюдном повороте к версте прикрутит кушаком" и т.д.
Этот страх скоро сознается А. А. не только как личный страх, но и как страх ожидания мировой катастрофы; 7-го июня 1908 года написано первое стихотворение цикла "Куликово Поле", где есть разгадка страха, где враг, "татарин", объективно грозит всей России уже.
В степном дыму блеснет святое знамя