Знаком до ужаса, до боли!
Знаком большим, безбровым лбом
В золотокосмом ореоле184.
Я любил его дома в уютной и мягкой рубашке из шерсти, подобной рубашке А. А.; и любил я его в колоссальнейших ботиках, утопающим в шубе на лисьем меху, в малой, котиковой шапке; в таком виде его проглядывало поповское что-то, когда мы сади лис я в саночки, отправляясь на заседание религиозного общества; я имел вид псаломщика, вероятно; В. И. -- вид "старинного батюшки" (в шубе старел он); и, глядя, как В. И. усаживался, занимая шубою саночки, как застегивал полость, -- со стороны бы сказали: "Ну вот, -- повезли попа: службу справлять!" И действительно: редкие выезды в гости Иванова (редкие, потому что все езживали в "становище", где он исповедовал), редкие эти выезды всегда имели меткую цель: провозгласить, "совершить " обряд заседания, заключить союз, образовать группу; словом, -- службу "справлял " он; и как же было уютно вернуться с ним после "на башню"; и там, веселясь заключенным союзом, представить все в лицах: как Иванов "служил", как "подтягивал" с клироса я и т.д.
Он был огненный удивительный собеседник; и -- зоркий, и -- проницающий собеседника до конца, перевоплощаясь в него; он из каждого каждому продиктовывал нужные каждому смыслы; умение перевоплотиться в захожего человека и делало его чарователем, чуть не учителем жизни; ответственным "мэтром" -- поэту; и "мейстером" -- богоискателю; с поэтами он беседовал о пеоне185 втором и четвертом; с богоискателем -- о непорочном зачатии; оба оспаривали друг друга: "Иванов-де главным образом лирик". -- "Да нет, позвольте: теолог!" Священник Агеев, ходивший к В. И., ничего-то в пеонах не смыслил; и ничего-то не смыслил в богоискательстве Юрий Верховский; Иванова же слушались оба; он -- радовался: "победам"!
При более близком знакомстве, -- он делался очень придирчивым, испытующим, соблазняющим собеседника; "психологическим сыском" пронзал он не раз меня; становилося -- трудно, ответственно; многие В. И. ненавидели, -- из-за этого, мучительного аспекта его; кто его знал еще ближе, -- тот поражался его бытовой, умной легкостью, непритязательностью и уютом. Иванов, дотошно сверлящий своим мировоззреньем людей и настойчивый (до настырности) -- превращался в легчайшего человека: в быту своем, в "башенном"; лишь поселившись на "башне", -- я понял его, как добрейшего, милого хозяина "башни".
Трудное время переживали мы с ним; направление наших исканий вполне совпадало в стремлении к созданию релитиозно-морального фронта, к зажжению в центре его света Жизни; а Минцлова, жившая в Петербурге в то время, -- поддерживала нас пламенно; то же, что создавало ее мне действительной оформительницей упований, заколебалося: А. Р. в это время собой представляла запутаннейшее существо (совершенно больное); являлись какие-то гал-люцинагши ей; то она впадала в торжественный и пророческий тон, то боялась преследований (темных сил, темных лиц); мифы в ней перепутались с явью; происходили тяжелые сцены меж ней и Ивановым; я -- был свидетелем не одной такой "сцены", ложившейся тяжелым недоумением; но в разговорах с Ивановым крепло сближение: в одинаковом понимании религиозно-философских задач; и отсюда же -- в одинаковом понимании символизма; падало разделение на "Скорпион", на "Оры" (Москву, Петербург): в "Мусагете", встречались мы вновь. Э. К. Метнер, бывавший на "башне", присутствовал при многих беседах, оформливая вступление Иванова в "Мусагет "; и с другой стороны: сам Иванов, державшийся Блока и посвященный в детали печального расхождения нашего, все-то усиливался меня примирить с А. А. Блоком; по отношению к А. А. в этом все же успел он: и намечался идейный союз нас троих (символистов): я, Блок, Иванов; ликвидировалась "полемика";
"Весы" -- кончились.
А. А. все-таки со мной не встречался; в одном инциденте, произошедшем со мною, он мужественно за меня заступился; я был благодарен ему.
Миротворное действие В. Иванова на меня и на Блока сказалося после моего отъезда; в апреле 1910 года в "Обществе ревнителей Художественного Слова" А. А. прочел свой доклад "О символизме" 186; докладу я радовался; чувствовалось: пора ликвидировать ссору.