Тут линия мыслей о Дорнахе оборвалась: --
-- она пробежала в каких-нибудь десять минут (именно после духовного озарения в Бергене, -- должен был ждать: нападенья на нас грязной пакости этой)...
В ВАГОНЕ
Стучали вагоны; бежали по Франции; веяло ветром в окно; голова моя прыгала, ударяясь о доски; я поглядел на шпиона: меня посетила безумная мысль:
"Вот сейчас он достанет изящнейший портсигар: защипнув двумя пальцами сигаретку, -- отравленную! -- он предложит ее".
Это стало мне ясно не нашею, а какой-то полусонною ясностью; и представьте себе: --
-- мой б_р_ю_н_е_т, с отвратительной ласковостью поглядев на меня, суетясь, доставал свой изящнейший портсигар; защипнув двумя пальцами сигаретку, он -- стал предлагать ее; ясно: он мысли прочел; и не выкурить -- значит выдать себя (в чем же выдать?).
Я -- выкурил: я прислушался к начинающейся дурноте; поднималась она от желудка; и -- щекотала мне горло:
-- "Отравлен!"
Стучали вагоны; бежали по Франции; голова моя прыгала, ударяясь о дерево; горбоносый брюнет, открыв рот, задремал; это он притворялся: подсматривал, как отрава меня изменяет.