-- другой очерк лица я увидел: меня наблюдающий очерк, таинственный сосредоточенно-чопорный, укрывающий под огромною лобною костью железную силу, которая при желанье могла бы не только расплющить огромные толпы людей создаваемым кодексом quasi-ясных общественных мнений, которая при желании могла бы промять земной шар, как раздавленный прорванный мячик: --
-- с такою вот силой сопровождающий нас джентльмен безо всякой любезности, с укоризной, не удостаивающей обрушить свой гнев на свершенное кем-то -- не нами ли? -- гадкое дело, -- с такою вот силою он произнес, поглядев на меня:
-- "Мы зайдем помолиться теперь, сэры, в церковь Петра и Павла"
-- "Совершается там панихида по утопленном Китченере".
Победоносное "я" было поймано и повешено на мгновение ока законною властью британского льва --
-- потому что оно ощутило с непререкаемой ясностью: --
-- "Тебе кажется только, что ты -- ничего себе: "так".
-- "Проживая в немецкой Швейцарии"...
-- "Слушая пушки Эльзаса у самой границы Эльзаса"...
-- "Тебе недвусмысленно об этом намекали в Париже и в английском консульстве в Берне... Тебе намекали вчера еще в Гавре об этом"...