-- "Разрушил соборы -- ты, ты!"
-- "И, наконец: утопил Китченера."
-- "Тебе угрожает за это -- ты сам знаешь что!.."
И я был расплющен: казалося -- тело мое не имеет уже подобающих измерений; одно из них вдавлено; два другие остались, но что из того, коли я вне-пространственно переселился в плоскость и неприлично прогуливаюсь на сероватом экране, смущая и выдавая себя перед ними огромною синевой провалившихся глаз.
Мы -- картина кинематографической ленты, которую так внимательно изучают они; остановись она, -- и застыну навеки в испуганной деланной позе, вдруг схваченный этой властной рукой и увлеченный в потоки космической бури -- томсоновых вихрей! -- там строящей эфемерные фронты друг друга губящих людей, и воздвигающих здесь предо мной того сэра, огромные площади, тысячей мистеров, "Томми", канадцев и "дамочек". Эти стечения мыслей нашел я в себе, выходя из собора, кидаясь в потоки людей; окаменелости домовых плоскостей, не крича, точно головы строгих Гладстонов, одетые сплинными тенями, сели, как в стул, -- в серый мир; уж как палец, протянутый ввысь, затерялась тень длинной колонны Нельсоновой статуи; в отсерениях растворились все в тени; повеселевший и ставший вновь пляшущим сэр, переменяющий тембр отношений, как пары перчаток, просыпал вновь бисер неумолкаемых слов, шуток, игр, исторических параллелей; схвативши нас за руки, развивал среди улиц галдящих, пересыпающих "мистеров" бешеный бег, окружив нас трамваями, парками, ресторанами и утонченной динамикой вьющихся орнаментиков из мысли; он влек нас туда и сюда, перелетая быстрейшими, стреловидными глазками через головы "мистеров", среди линии электрических фонарей, над которыми лиловела чернотная бездна на стены упавшего неба, -- средь тусклых тоннелей отчетливо сложенных черною линией стен и чернотною бездной на стены упавшего неба -- средь тусклых тоннелей, иль даже --
-- средь тусклых, прямых, световых проницаемых змей, протянувшихся посередине Ничто иль вселенной --
-- внутри же одной из них мы все трое неслись среди тысячей призрачных силуэтов ликующих "мистеров" и ликующих "Томми", перелетающих среди трамваев, пролеток, авто, перевозящих ликующих "мистеров" и ликующих "Томми".
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Гигантские световые лучи, вдруг занесшись, пыталися дотянуться до Господа Бога, его осветить, а хохочущий "джентльменчик", задрав голову, нам показывал вверх: --
-- вместо Господа Бога образовалося ложное солнце-ничто; вероятно, лорд Кельвин, соединившись с Лапласом и Кантом -- там, там, в мировой пустоте, -- в это время как раз нас устраивали в капле с маслом... --