С этим возгласом действие сна переносится в класс...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Мы сидим в ожиданьи урока латыни, уроки латыни отныне -- сплошной кавардак; если будет латынь, кавардаки откроются; и мировые устои -- растают: в нестои.
-- "Ай, ай!"
-- "Что мы сделали?"
Будут насильственно нас убеждать: все осталось по-старому; старого -- нет: озираюсь -- за окнами класса в туманной промозглости -- крутится, вертится.
Наш Ростиславич, заплакавши в бороду, нас покидает --
-- ай, ай,--
-- ай -- что наделали мы!--
-- мы -- теперь "Ростиславичи"; все, что угодно, -- "Мстиславичи", если хотите: и класс, как один человек, дышит грудями, осознавая свое положение в мире как высшего органа: уж "да, будет" звучит для творимой вселенной, где "плюсы" суть "минусы"; и в "да, будет" --