Ловил меня в поезде; он садился в вагоне не рядом, -- а наискось, где-нибудь в уголке: весь укрытый в тенях: --
-- отдавалась душа пейзажу летящих долин, деревень с обрамляющими их горами, покрытыми виноградниками, --
-- прилипающий взгляд обжигал мне затылок; повертываясь, обнаруживал я: --
-- черный глаз, кончик уса и сбитый на бок головы котелок.
-- Я старался с презрением относиться к сопровождающей личности, -- обволакивалась беспокойством душа; стоило невероятных усилий, чтобы не сделать сидящему спутнику маленькой гадости: проходя, не задеть край газеты. Лицо моего незнакомца (слишком знакомого!), спутника, я не мог обнаружить: усы, нос горбом, пуговица вместо глаз -- вот все.
Появление брюнета сопровождалось каким-то особенным физиологическим ощущением, напоминающим вспышку невроза: вываливаясь из груди, трепыхалось на сонных артериях сердце, как птица, -- на мне!
На французской границе, уткнувшись лицом в незнакомца, я чувствовал, что припадок невроза, которым страдал, -- поднимается: в то же мгновение котелок подлетел над замасленным коком волос; горбоносый брюнет произнес:
-- "Честь имею представиться".
-- "Русский?"
-- "Как видите..."