-- Разница между ними, -- говорил Сесиль, -- заключается в том, что вы изнуряете себя выжиманием денег из людей, занятых их добыванием, в специально отведенном для этой цели помещении. Я же развлекаюсь выкачиванием их из людей, которые, заработав или унаследовав деньги, заняты тем, чтобы истратить их в местах, специально для того предназначенных. Я подхожу к людям незаметно для них. Я не завожу конторы со специальной вывеской, что равносильно предупреждению быть настороже. У нас один и тот же кодекс законов, но зато мой метод гораздо оригинальнее и забавнее, не так ли? Взгляните на это злачное место, здесь собрана половина богатств Европы, другая -- в Трувилле. Все побережье засыпано деньгами, сам песок сделался золотым. Стоит только протянуть руку и... готово!
-- Готово? -- повторил иронически Рейншор. -- Каким образом? Не покажете ли мне?
-- Нет, это значило бы все рассказать.
-- Думаю, что немногим вы поживитесь от Симеона Рейншора, во всяком случае поменьше вашего отца.
-- Вы полагаете, что я сделаю попытку? -- серьезно заметил Сесиль. -- Мои увеселения носят всегда конфиденциальный характер.
-- Однако, основываясь на вашем собственном заявлении, у вас часто бывает подавленное настроение. У нас же на Уолл-стрите тоске места нет.
-- Сознаюсь, я пустился по этой дорожке, чтобы рассеяться.
-- Вам надо жениться, -- посоветовал Рейншор, -- обязательно жениться, мой друг.
-- У меня есть яхта.
-- Не сомневаюсь. Она, конечно, красива и женственна, но этого, вероятно, недостаточно. Надо жениться. Ну, я...