-- Хорошо,-- сказалъ Поликсфенъ.-- Поди и вымойся, а тогда приходи говорить.
-- Слушаю, сэръ. Простите, что я такой грязный. Я вѣдь грузилъ уголь для васъ съ другими неграми.
Поликсфенъ спросилъ Филиппа, не знаетъ ли онъ, зачѣмъ явился Коко, и, въ виду полнаго невѣдѣнія Филиппа, высказалъ предположеніе, что, какъ всѣ негры, Коко перебѣжчикъ и пріѣхалъ продавать какія-нибудь тайны.
-- Конечно, это глупо съ его стороны,-- прибавилъ онъ.-- Вѣдь я заплачу ему не по его цѣнѣ, а по своей, и ему не поздоровится.
Филиппъ сообщилъ небрежнымъ тономъ, что "Странникъ" будетъ идти слѣдомъ за "Бѣлой Розой". Онъ сказалъ это съ инстинктивнымъ желаніемъ нарушить счастливое настроеніе Вальтера Поликсфена, но отвѣтъ послѣдняго неожиданно обратился противъ него самого.
-- Я такъ и думалъ,-- сказалъ съ невозмутимой веселостью и съ легкимъ оттѣнкомъ ироніи Поликсфенъ.-- Ужъ если они прослѣдили меня въ Вестъ-Индіи, то могутъ узнать и куда именно я направляюсь. Поэтому вчера, во время нашей маленькой экскурсіи на "Странникъ", я кое-что сдѣлалъ, чтобы замедлить отплытіе яхты. Вотъ почему, милый Мастерсъ, я и сопровождалъ васъ туда лично.
-- Что вы сдѣлали?-- воскликнулъ Филиппъ, вскакивая со стула.
Поликсфенъ спокойно объяснилъ ему, какъ онъ обмоталъ винтъ цѣпью, чтобы сдѣлать его негоднымъ къ употребленію.
-- Это задержитъ ихъ на недѣльку или на двѣ,-- сказалъ онъ,-- а тѣмъ временемъ, пожалуй, трудно ужъ будетъ нагнать меня. Но почему вы такъ волнуетесь, другъ мой?
-- Вы...-- воскликнулъ Филиппъ, поблѣднѣвъ:-- вы воспользовались...-- онъ не могъ отъ негодованія закончить фразы и быстро вышелъ изъ каюты. Это были послѣднія слова, которыя онъ сказалъ въ своей жизни Вальтеру Поликсфену.