Филиппъ утвердительно кивнулъ головой.
-- Я непремѣнно научусь этому боксу. Позвольте поблагодарить васъ отъ души.
-- Пустяки,-- сказалъ Филиппъ.-- Можете вы дать мнѣ комнату? Я вѣдь полагаю, что вы хозяинъ?
-- Раевѣ вы меня не знаете?-- спросилъ съ нѣкоторымъ удивленіемъ молодой человѣкъ.
-- Нѣтъ,-- отвѣтилъ Филиппъ.-- Откуда мнѣ васъ знать? Но такъ какъ вы собирались вытолкать матроса, то я естественно предположилъ...
-- А вы не узнали меня по портретамъ?-- Въ удивленіи молодого человѣка звучала нѣкоторая обида.
-- По какимъ портретамъ?
-- Они были во всѣхъ газетахъ. Всюду печатались интервью со мной. Я -- Гильгэ. Вы слыхали вѣдь о "букмэкерѣ" Гильгэ?
-- Нѣтъ, никогда не слыхалъ,-- отвѣтилъ Филиппъ съ улыбкой.
-- Не слыхали о букмэкерѣ Гильгэ?! Онъ пользовался огромной извѣстностью. Мнѣ совѣстно говорить объ этомъ, потому что это -- мой отецъ. Онъ былъ абсолютно честенъ въ дѣлахъ. Умирая, онъ оставилъ мнѣ большое состояніе; но такъ какъ я, къ несчастію,, не одобряю букмэкерства, то пришлось найти какое-нибудь дѣло, удовлетворяющее требованіямъ моей совѣсти. Таково именно мое теперешнее предпріятіе.