Трент ушел, его рука все еще хранила прохладное прикосновение ее пальцев.
Судебное дознание, на завершении которого присутствовал Трент, не дало ему ничего нового. Сенсацией дня стали показания Баннера. Он подробно изложил то, что уже было известно Тренту. Порхали над бумагой журналистские карандаши, и на следующий день слова Баннера с минимальным сокращением появились в самых влиятельных изданиях Великобритании и Соединенных Штатов.
Газеты публиковали также отрывки из заключительной речи следователя, обращенной к присяжным:
«Вы сейчас слышали медицинское заключение. Доктор Сток сказал, что, по его мнению, смерть наступила за шесть – восемь часов до того, как было найдено тело, что причиной смерти было пулевое ранение; пуля прошла через левый глаз, поразила мозговую ткань. Наружный вид раны, сказал он, не подтверждает версию о самоубийстве. Доктор Сток сообщил нам также, что нельзя сказать с уверенностью, была ли перед смертью борьба, однако царапины и ушибы на запястьях являются, по его мнению, знаками насилия. В связи с этим показания, данные мистером Баннером, не могут быть оставлены без внимания. Они обязывают нас задуматься над двумя вопросами. Первый: можно ли утверждать, что покойный, в силу своего положения, находился в более угрожаемом положении, чем обычный человек нашего общества? Второй: можно ли считать на основании показаний мистера Баннера, что покойный жил в последнее время в состоянии осознанного страха?»
Присяжные обдумывали решение.
Глава 9
ГОРЯЧИЙ СЛЕД
Мистер Копплс постучался в гостиную отеля.
– Войдите! – крикнул Трент.
Был ранний вечер того дня, когда присяжные выносили обвинение неизвестному преступнику.
– Садитесь на диван, – посоветовал Трент. – Стулья здесь куплены еще во время оно… Этот негатив хорош, по-моему, и промыт достаточно. Сейчас мы его посушим и сможем поговорить.