-- Ну, да... Должно быть, вмѣстѣ съ своими ископаемими... На головѣ-то волосинокъ еще сотни на двѣ меньше стало... И лицо того... Скоро въ мумію превратишься... Ну и затхлость у васъ тутъ...
-- Зато отъ тебя на версту пахнетъ...
-- Это, дядька, самые модные духи.. Карипо... Фу, не выговоришь... Кариполипенсъ... Сержъ Стрипкинъ всегда этими духами душится...
-- Кто такой?..
-- Сержъ Стрипкинъ?.. Мой идеалъ!.. Аи-ай-ай!.. Пыли-то у васъ сколько!.. Это кто у тебя?.. Новый лакей?.. И не стыдно ему?.. Смотри!.. Смотри!.. Смотри!..
И Сима начала пальцемъ быстро проводить то по стулу, то по шкафу, то по этажеркамъ, и подносила каждый разъ палецъ къ носу Станислава, который только недоумѣло хлопалъ глазами.
-- Да вы тутъ совсѣмъ задохнетесь... И темень-же у васъ! Зачѣмъ это штора полуспущена?!.
Сима подскочила къ окну и быстрымъ движеніемъ подняла штору.
-- Эхъ, да и рама у васъ еще не выставлена!..
Она открыла форточку. Свѣжая, здоровая струя воздуха хлынула въ комнату. Нучекъ солнечныхъ лучей заигралъ свѣтлыми пятнами на стѣнахъ, заботливо освѣщая паутину въ темныхъ углахъ.