"Однако, на этот раз, по взглядам, которыми обменялись офицеры, я понял, что старый коньяк останется, может быть, в буфете.
"-- Я думаю, господа, -- продолжал полковник, -- что всем вам знакомо имя капитана Сент-Ави, а также циркулирующие на его счет некоторые слухи. Нам незачем в них разбираться, так как полученное им повышение и пожалованный ему орден позволяют нам надеяться, что эти толки лишены всякого основания; но отвергать возводимое на офицер а подозрение в преступлении -- одно, а принимать за нашим столом товарища -- другое: между этими двумя вещами существует расстояние, которое мы не обязаны переходить. Я был бы счастлив услышать ваше мнение по этому вопросу.
"Наступило молчание. Все офицеры, даже самые веселые подпоручики, посматривали друг на друга, приняв внезапно серьезный вид. Сидя в углу и убедившись, что все обо мне позабыли, я старался не производить ни малейшего шума, чтобы не напомнить о своем присутствии.
"-- Мы вам очень благодарны, полковник, -- произнес, наконец, один майор, -- что вы соблаговолили с нами посоветоваться. Я думаю, что все мои товарищи знают, на какие неприятные слухи вы намекаете. Если вы разрешите, я могу сообщить, что в Париже, в отделе военно-географических изысканий, где я служил до того, как был назначен сюда, многие офицеры -- и весьма осведомленные -- составили себе по поводу этой печальной истории определенное мнение, которое они не хотели высказывать, но которое было явно неблагоприятно для капитана Сент-Ави.
"-- Во время экспедиции Моранжа и Сент-Ави, -- сказал один капитан, -- я находился в Бамако. Мнение тамошних офицеров мало чем отличается -- увы! -- от того, что нам сообщил майор. Но я должен прибавить, что у всех у них -- они признавали это единогласно -- не было ничего, кроме подозрений. А одних только подозрений еще мало, когда подумаешь, о какой ужасной вещи идет речь.
"-- Но их вполне достаточно, господа, -- возразил полковник, -- чтобы мотивировать нашу сдержанность. Мы не собираемся выносить приговор, но сидеть за нашим столом не есть чье-либо право: это -- знак братского уважения. Все сводится к тому, чтобы выяснить -- согласны ли вы удостоить им капитана Сент-Ави.
"С этими словами он окинул поочередно взглядом всех офицеров. Один за другим они покачали отрицательно головами.
"-- Я вижу, -- продолжал полковник, -- что мы сходимся во мнениях. Но наша задача, к сожалению, еще не кончена. "Ville de Naples" войдет в порт завтра на рассвете.
Шлюпка, которая поедет за пассажирами, отчалит в восемь часов утра. Необходимо, господа, чтобы кто-нибудь из вас решился на акт самопожертвования и отправился на пароход. Капитану Сент-Ави может прийти в голову мысль посетить наше собрание, и мы не имеем ни малейшего намерения его оскорбить отказом в приеме, если он явится к нам, не сомневаясь, в силу традиционного обычая, в нашем гостеприимстве. Необходимо, поэтому, предупредить его визит.
Надо дать ему понять, что ему лучше оставаться на пароходе.