Здесь я прекратил свое расследование. У меня слишком сильно заболела голова.
-- Надо подышать свежим воздухом, -- пробормотал я. -- Здесь настоящее пекло. Тут, действительно, с ума сойдешь.
Я ощущал потребность увидеть людей, кого бы то ни было. Машинально я направился в библиотеку.
Я нашел там Ле-Межа, который радостно, почти восторженно, возился с каким-то предметом. Профессор распаковывал огромный тюк, тщательно зашитый в коричневый холст.
-- Вы пришли очень кстати, дорогой друг! -- закричал он, увидев меня. -- Мы получили литературу!
Он суетился с лихорадочным нетерпением. Из распоротого чрева тюка сыпались дождем журналы всевозможных цветов -- синие, зеленые, желтые, темно-красные.
-- Чудесно, чудесно! -- восклицал профессор, подпрыгивая от счастья. -- Они не очень запоздали. Последний от пятнадцатого октября. Молодец этот Амер, -- надо будет хорошо его поблагодарить.
Его радость действовала заразительно.
-- Я говорю о достойном турецком купце в Триполи, принимающем подписку на все интересные журналы мира.
Он отправляет их через Радамес по назначению, до которого ему очень мало дела. А вот и французские журналы.