-- Это позор, это скандал! -- повторял профессор.
...Полуразрушенные башни, обвалившиеся крепостные стены, обрушившиеся купола, сломанные колоннады, изуродованные колоссы, громадные спины чудовищ, скелеты, титанов -- лежали пред нами необъятной массой, играя своими выступами и провалами и создавая полную величавого трагизма картину. Воздушные дали были так прозрачны...
-- Какой стыд, какой позор! -- не унимался раздраженный Ле-Меж, ударяя кулаком по столу.
...Воздушные дали были так прозрачны, что я легко различал каждый контур, словно перед моими глазами встала, в сильно увеличенном виде, скала, которую, с полным творческой силы жестом, мне показала в окно Виоланта...
Я вздрогнул и захлопнул журнал. У моих ног, в красном свете заката, я увидел огромную, отвесную, господствовавшую над всем садом скалу, на которую указала мне Антинея в день нашей первой встречи.
"Вот весь мой горизонт", -- сказала она тогда.
Тем временем возбуждение Ле-Межа достигло крайних пределов.
-- Это даже не позор, это -- просто мерзость, гнусность!..
Мне хотелось его задушить, чтобы не слышать его голоса. Он схватил меня за руку, призывая в свидетели.
-- Прочитайте это, и вы увидите, даже не будучи специалистом, что эта статья о римской Африке -- образец чудовищного непонимания, беспримерного невежества. И знаете, кем она подписана? Знаете, кто ее написал?