-- Девчонка, видишь ли, боится: она знает, что я говорю правду, так как ей известна история поручика Гельберти.
-- Поручика Гильберта? -- спросил я, обливаясь потом.
-- Это был итальянский офицер, встреченный мною восемь лет тому назад между Ратом и Радамесом. Случилось так, что его любовь к Антинее не подавила в нем любви к жизни. Он сделал попытку к бегству, увенчавшуюся успехом, -- не знаю, каким образом, ибо я ему не помогал,и вернулся в свою страну. И вот слушай: ровно через два года, в тот же самый день, отправившись на разведку, я нашел перед северной оградой жалкого, оборванного, наполовину мертвого от голода и усталости, человека, тщетно искавшего вход в оазис. То был вернувшийся в Хоггар поручик Гильберти... В красном мраморном зале он занимает нишу номер 39.
Туарег тихо засмеялся..
-- Такова история поручика Гильберти, которую тебе хотелось узнать... Ну, а теперь хватит. Садись на своего верблюда.
Не говоря ни слова, я повиновался. Танит-Зерга, сидя позади меня, обнимала меня своими маленькими руками.
Сегейр-бен-Шейх все еще держал за узду дромадера.
-- Еще одно слово, -- сказал он, указывая рукой на мелькавшую вдали, с южной стороны, черную точку на синеватой линии горизонта. -- Ты видишь этот гур, вон там: вы должны его держаться. Он находится отсюда в тридцати километрах. Вы должны его достигнуть к восходу солнца. После того справься по карте. Следующий пункт вашего пути отмечен на ней знаком. Если ты не будешь отклоняться от указанного направления, то через неделю вы будете в уэде Телемси.
Верблюд вытянул свою длинную шею, вдыхая в себя доносившийся с юга душный ветер.
Широким движением туарег отпустил узду животного.