Я предложил ему тогда вопрос:
-- Могу ли я выразить вам свою благодарность, сделав признание?
Он поднял голову и посмотре на меня.
-- Пожалуйста.
-- Тогда я должен вам сознаться, что решительно не вижу, какую практическую выгоду представляет для вас ваше путешествие?
Он усмехнулся.
-- Неужели? По-вашему, исследовать старинную караванную дорогу и доказать, что еще в самой глубокой древности между миром, тяготеющим к Средиземному морю, и страною чернокожих, существовала связь, -- по-вашему, все это пустяк? По-вашему, надежда разрешить раз навсегда вековой спор, на арене которого сражалось столько сильных умов: д'Анвиль, Хэрен, Берлиу и Катрмер, с одной стороны, и Гослен, Валькенер, Тиссо и Вивьен де Сен-Мартен
-- с другой, по-вашему, эта надежда ничего не стоит? Черт побери, мой дорогой, чего же вам еще надо?
-- Я говорил о практической выгоде, -- возразил я.Вы, ведь, не станете отрицать, что этот спор является делом кабинетных географов и комнатных исследователей.
Моранж не переставал улыбаться.