-- Вы ошибаетесь, -- возразил Моранж. -- Наши верблюды находятся в полной безопасности в пещере. Тот, за которым бежит Бу-Джема, -- не наш. Я прибавлю к этому, что слышанный нами душераздирающий крик издал не наш туарег Бу-Джема. Этот храбрый и достойный сын пустыни занят в данную минуту одной единственной мыслью: присвоить себе выморочное имущество, каковым является этот несущийся вниз по течению дромадер.
-- Но кто же, в таком случае, кричал?
-- Попытаемся, -- сказал мой спутник, -- подняться вверх по этому потоку, вдоль которого, но в обратном направлении, несется таким великолепным галопом наш проводник.
И, не дожидаясь моего ответа, он быстро двинулся вдоль утесистого берега, свеже размытого бурным ливнем...
Можно смело сказать, что в тот миг Моранж пошел навстречу своей участи.
Я последовал за ним. С невероятным трудом мы преодолели расстояние в двести или триста метров. Наконец, мы заметили у наших ног небольшой водоем, в котором, постепенно успокаиваясь, еще бурлили волны.
-- Смотрите, -- сказал Моранж.
Черноватая масса мерно покачивалась на воде.
Когда мы подошли поближе к краю бассейна, то увидели человеческое тело, закутанное в темноголубое покрывало, какое носят обыкновенно туареги.
-- Дайте мне руку, -- сказал Моранж, -- и упритесь другой в скалу. Смелей!