-- Разве так уж заведено, -- спросил я, -- чтобы духи пользовались для своего ответа итальянским языком?
-- Да откуда вы взяли? -- сказал профессор. -- Отказ господина Гладстона был изложен на великолепном английском языке.
-- Но тогда почему же это? -- спросил я, указывая на ответ великого французского оратора.
Господин Генриксен пожал плечами.
-- Духи обычно отвечают на своем родном языке, -- ответил он.
Барон Идзуми поднял руку, давая понять, что просит слова.
-- Ответ намекает на остров, на котором гудит Гекла, -- сказал он. -- Не спутал ли он с Исландией?
-- Конечно, -- сказал профессор Генриксен. -- Впрочем, такая путаница вполне извинительна человеку, всецело занятому внутренней политикой. Зато, господа, оцените этот поразительный идеализм, позволяющий нам, как и раньше, чтить в лице Франции стража цивилизации. Да, теперь, как столетие назад, --
...И кровь
Прекрасной Франции сынов.