-- Я сказал бы это вам далеко не так хорошо, как один человек. Слушайте, господин профессор, сегодня вечером, завтра, когда захотите, -- устройте так, чтобы остаться с глазу на глаз с Уильямом, вашим лакеем, и спросите его, кто это -- Уилки Джойс. Но ничего больше у него не спрашивайте, иначе вы поставите нас в затруднительное положение. Впрочем, и этого вопроса совершенно достаточно: ответ Уильяма объяснит вам, почему нужно доктору Грютли иметь немало храбрости, чтобы находиться здесь.
* * *
-- Уильям, -- сказал я, -- кто это -- Уилки Джойс?
Мы были одни, за час до обеда, в бильярдной. Я бесцельно, не метясь, катал шары по зеленому сукну.
-- Уилки Джойс, ваша честь?
Я не видел Уильяма, не мог его видеть, потому что в комнате было темно, и только бильярд был ярко освещен лампой под абажуром. Но голос Уильяма я слышал, -- был он полон муки.
-- Да, Уилки Джойс?
-- Уилки Джойс умер, ваша честь.
-- Как? Умер!
Я закусил губы. Я забыл, что мне было приказано не задавать никаких вопросов. Но милый Уильям не обратил внимания.