Под нежным, покрытым облачками небом Ботнического залива латы и сабли отливали синим и желтым.
Начался бесконечный прием. Я имела успех.
Кайзер взял меня за руку и подвел к императрице.
Старая наседка, вся в кружевах и страусовых перьях, поцеловала меня и сказала, что очень любила мою бедную маму. Фридрих-Вильгельм и принц Альберт все время пялили на меня глаза, чтобы не сказать больше.
Я занята была все послеполуденное время приготовлениями к балу. Я беспокоилась, что не буду иметь успеха, и стала нервничать и из-за пустяков ссориться с м-ль Жоффр. Можно было думать, что я как бы предчувствовала, что в связи с этим проклятым вечером на меня свалятся всякие напасти.
Трудно себе представить всю красоту бала в Петергофе.
На мгновение я оробела, подумав, не слишком ли я декольтирована, но страх мой улетучился, когда я заметила, какой блестящий эффект я произвела. Надо вам сказать, что на мне был лучший туалет от Дусе, который шел у меня под номером первым: бархатное платье сапфиро-синего цвета, очень простое, но нужно было видеть, как оно меня облегало; из украшений одни только сапфиры. Словно дитя, я тут же стала думать о моем завтрашнем успехе. "Какой будет фурор, -- сказала я себе, -- когда они увидят мой красный туалет, номер второй, украшенный рубинами".
Начались танцы. Я была счастлива, когда увидела, как эти немки, привыкшие к медлительному вальсу, сбивались с такта, танцуя наш столь нервный русский вальс; чтобы продолжать дальше, они один или два такта прыгали на одной ноге, или просто выжидали, как цапли.
Уже с самого утра среди офицеров кайзера я заметила высокого гусара в пунцово-красной форме, с оранжевыми бранденбургами. Он был рыжий блондин, с добрыми близорукими глазами, синими, упрямыми, без устали глядевшими на меня сквозь монокль. Само собой разумеется, я делала вид, что не замечаю его. Я была поражена, если бы в ту минуту кто-нибудь сказал мне, что в один прекрасный день и мне придется надеть эту красную гусарскую форму.
-- Аврора, -- обратилась ко мне императрица, -- это кузен Рудольф, великий герцог Лаутенбург-Детмольдский, он просил вас оказать ему честь протанцевать с ним.