-- Постойте, еще не все. Здесь вся пресса. Я хочу знать, на что она способна. Речь идет о моей подруге -- о Жессике.
-- Браво, браво, браво!
-- Тост за Жессику! -- провозгласил кто-то.
Агарь остановившимися глазами смотрела на Королеву, возбуждение которой возрастало. Всякая попытка остановить ее была напрасной.
-- Друзья мои, я сообщу вам кое-что, чего вы еще не знаете. Жессика -- моя подруга, это всем известно. Но кроме того, она танцовщица, да такая, что четырех равных ей не найдется в Париже. Она заткнула за пояс всех танцовщиц Сирии, Турции и Египта, а тамошних зрителей не так-то легко удовлетворить. Когда она здесь выступит, все будут поражены.
-- Отлично! -- закричал дю Ганж. -- Пишу для нее акт в моем следующем ревю.
Жан Риго, счастливый соперник дю Ганжа на сцене всех мюзик-холлов, перебил его:
-- Посмотрим, чья возьмет. Я все свое следующее ревю целиком кладу к ее ногам.
-- Дитя мое, -- сказал де Биевр смертельно бледной Агари, -- вот у вас уже два приглашения. Самое смешное, что они действительно способны сдержать свое обещание.
-- Еще не все, -- снова заговорила Королева Апреля. -- К вам, господа корреспонденты, взываю я теперь! Покажите, на что вы способны, когда бываете заодно. Если через три недели имя Жессики не будет у всех на языке в Париже, я буду считать вас последними из последних, я закончила.