Ликеры превращали рюмки в букет странных прозрачных цветов.
Де Биевр, весь ушедший в наблюдение за борьбой, отражавшейся на лице Агари, нагнулся к ней.
-- О счастье сожалеете вы, -- прошептал он, -- или о горе?
Она в отчаянии заломила руки, но вдруг пересилила себя и улыбнулась.
Дю Ганж уселся позади них.
Когда он говорил, губы его почти касались ее шеи.
-- Дорогой мой, -- не без некоторой сухости заметил де Биевр, -- мне кажется вы сменили место.
-- О! -- рассмеялся последний. -- Не всегда все для одного.
-- Вам надо подавать хороший пример.
Он комическим жестом поднял руки к небу.