Позднее, оставшись после обеда одна в своей комнате, Агарь открыла полученную книгу. От первых же строк дрожь охватила ее. Да возможно ли это?
Целый мир неясных, дремавших в самой глубине ее существа чувств, оживал, просыпался...
Открытая книга была книгой песен. Песня, которую читала Агарь, называлась "Старинный Закон" и говорила в ней Святая Тора: "Ты, -- сказала мне она, -- никогда истинно не полюбишь их театры, их музеи, их дворцы, их веселье. Твое чело..."
Внезапно потухло электричество. Агарь нащупала спички. И при их слабом, мерцающем свете дочитала строфу. Ее вечное неспокойствие, вечное искание значит не было чем-то случайным, необъяснимым, ненормальным... а индивидуальным выражением вечного беспокойства целого народа.
"Твое чело слишком юным склонится к печали, к тоске. Красота тебе покажется роскошью, роскошь гнусностью, забава кражей".
Она, значит, нашла то, что искала. Она стояла на правильном пути. Теперь только ей стало ясно то волнение, которое она в детстве испытывала перед Торой, облаченной в бархат и золото.
Она бросила на землю потухшую спичку и с сердцем, наполненным сладостной гордости, уснула.
VII
-- Вы опять целое утро провели с Игорем Вальштейном?
-- Да. Я никогда не скрывала, что считаю его очень интересным собеседником.