-- Разумеется, она будет условной...
-- Хорошо. Вы мне сказали, что вы будете проходить между Пюрсатом и Ваттам бангом?
-- Да. Почему вы спрашиваете?
-- Потому, что мне указали, что именно в этой стороне, в Виель-Веанге, находятся еще не изученные кхмерские развалины. Я известил резидента Баттамбанга о моем намерении съездить туда как-нибудь, чтобы составить описание. Место это отстоит на довольно большом расстоянии от населенного пункта, так что не будет ничего удивительного, если со мной или впереди меня будет следовать обоз со всем необходимым для более или менее длительного пребывания в пустынной местности. Вы понимаете?
-- Отлично.
-- Итак, я без труда могу выдать вашему старшему в обозе пропуск с казенным бланком, а если нужно, и наложить на ваши ящики печать отдела индокитайских древностей. Вам только нужно будет уничтожить бумагу и печать тотчас, как только вы будете в море.
-- Разумеется, -- сказала Апсара. -- Впрочем, повторяю, что очень много шансов за то, что все эти предосторожности окажутся излишними. Мы воспользуемся ими лишь в крайнем случае. Но ваша мысль -- блестяща, и я вам очень за нее признательна.
-- Апсара, умоляю вас, никогда не произносите этого слова. Признательны! Когда все то, что вы предпринимаете, может довести вас до самой ужасной гибели! Когда я с вами -- я, очевидно, подчиняюсь вашему влиянию и слушаюсь вас... Но стоит мне только остаться одному, как мне хочется употребить всю свою власть, чтобы помешать, даже не предупреждая вас, чтобы подобная вещь...
-- Тсс!.. -- сказала она. -- Идемте.
Она потушила лампу. Мы ощупью выбрались из подземелья. Вокруг нас снова открылась чудесная панорама ночного Ангкор-Тома. Над лесом и башнями -- небо, как голубой бархатный балдахин, затканный серебром. Где-то рычал тигр. Стая диких гусей пролетела над нами с резким криком.