-- Меня это стесняет, -- сказал он. -- Я совершенно ошибся насчет ваших чувств к нему, и только что позволил себе...
-- Что вы себе позволили?
-- Пригласить его прийти завтра.
-- Пригласите его на завтра, на послезавтра, пригласите его обедать, завтракать, спать, если вам это нравится, -- сказала Аннабель. -- Прошу вас помнить только об одном: в воскресенье я уезжаю, вот и все.
-- Не беспокойтесь, -- опуская голову, сказал отец Филипп.
Они вошли в дом.
-- Что делает здесь эта ваза? -- сказала Аннабель, остановившись у чудной китайской вазы, стоявшей на маленьком столике. -- Роза!
Прибежала горничная.
-- Почему ваза эта не уложена?
-- Она была уложена, госпожа, -- сказала, ворочая испуганными глазами, негритянка. -- Но она была в том чемодане, который госпожа приказала раскрыть.