-- Возьми, -- сказала она, протягивая ему несколько пиастров. -- Пойди по кратчайшей дороге и предупреди отца Бардауила, что сейчас мы приедем просить гостеприимства в Деир-эль-Мхалласе.
Ребенок побежал со всех ног.
-- Деир-эль-Мхаллас, -- объяснила она мне, -- это греческо-католический монастырь. Отец Бардауил -- его настоятель. Мы проведем там ночь. Ты увидишь, какой прием окажут нам там, наверху, -- идем!
Сойдя с дороги, она начала подыматься по горной тропинке. Я последовал за ней. У наших ног развернулась панорама холмов и селений.
-- Посмотри туда, в направлении заката. Видишь ты этот холм, с деревней на склоне?
-- Вижу.
-- Теперь видишь, как раз напротив, второй холм, отдельный от других, который кажется кучей камней?
-- Тоже вижу.
-- Так вот, это деревня Джун, а второй холм -- это Дахр-эс-Ситт, Холм Госпожи. Эти оливковые деревья на вершине холма -- все, что осталось от садов леди Стэнхоп. Здесь она жила. Здесь она скончалась. Здесь она покоится...
Она произнесла эти последние слова с выражением необыкновенной нежности, понизив голос, как бы стараясь не разбудить покойную.