Вскорѣ я вступилъ въ организацію, но, не желая разбираться въ партійныхъ программахъ (хотя работалъ исключительно въ С. Д.), я сталъ массовымъ "агитаторомъ"; произнося рѣчи вездѣ, гдѣ были рабочіе, я говорилъ то, что диктовало мнѣ сердце и небольшія политическія познанія. Вмѣстѣ съ тѣмъ я исполнялъ все, что можно было исполнять въ организаціи.
Въ концѣ 1901 г. меня арестовали въ Z. и посадили въ крѣпость. Меня обвиняли по тремъ дѣламъ и слѣдствіе длилось 22 1/2 мѣсяца. Въ августѣ 1903 г. я женился въ Z-кой тюрьмѣ на упоминавшейся X. X...
Затѣмъ я "уѣхалъ" въ Сибирь...
-----
Таковъ скромный разсказъ ссыльнаго о себѣ самомъ. Мнѣ пришлось много бесѣдовать съ нимъ, пришлось видѣть его даже въ судѣ и потому хочется, хотя однимъ штрихомъ, дополнить его черезчуръ краткую повѣсть...
Это былъ высокій, красивый юноша съ сильнымъ взглядомъ... Онъ больше молчалъ; а если "въ жизни" начиналъ говорить, то даже слегка заикался... И, глядя на него, я иногда думалъ,-- да какъ же онъ могъ быть актеромъ!..
Но однажды я увидѣлъ его въ минуту вдохновенія, подъема, и тогда понялъ, на какую высоту красоты и силы человѣческаго слова могъ подниматься онъ...
Его съ товарищами судили по политическому дѣлу. Грозила каторга. Прокуроръ произносилъ уже рѣчь... Въ это время съ улицы чрезъ толстыя стѣны суда донеслось громкое, сотенъ голосовъ, пѣніе революціонной пѣсни...
-- Вставай, подымайся рабочій народъ!.. Очевидно, на улицѣ происходила демонстрація...
Заканчивая свою рѣчь и указывая на единственно возможный для подсудимыхъ приговоръ,-- каторжный приговоръ,-- прокуроръ предложилъ суду, по собственной иниціативѣ, возбудить ходатайство предъ Величествомъ о помилованіи обвиняемыхъ...