-- Вотъ,-- говоритъ мнѣ купецъ,-- лѣсу-то сколько! И какъ онъ вездѣ самъ на себя похожъ... Ѣхалъ я въ тотъ конецъ -- слышалъ... Разъ на станціи "Тайгѣ* машинистъ побѣжалъ въ тайгу на минуту -- брусники что ли захотѣлось... Оглянуться не успѣли, нѣтъ машиниста. Начали звать, сначала нѣсколько разъ отзывался, а потомъ -- нѣтъ его и нѣтъ... Начальникъ дистанціи приказалъ всѣмъ поѣздамъ свистки непрерывно давать... Три дня шелъ свистъ но этому участку. Наконецъ, машинистъ-таки выбрался: эхо ему мѣшало. Не могъ понять откуда свистъ. А все около полотна желѣзной дороги блуждалъ... Вотъ какія это нетронутыя мѣста... Первобытный богатѣйшій край!..
-- Да,-- отвѣчаю я,-- черезъ всю Европу, Германію, Швейцарію, Италію, въ двое сутокъ можно проѣхать поперекъ, а тутъ приходится ѣхать пять сутокъ по нетронутымъ, безлюднымъ мѣстамъ... Вѣдь все время нигдѣ деревни, нигдѣ дорожки не видать!
-- И знаете,-- задумчиво произноситъ купецъ,-- старый я человѣкъ, пожилъ на свѣтѣ, а только теперь многое становится мнѣ яснымъ и понятнымъ, изъ глубины души, изъ памяти встаетъ... Гляжу я кругомъ, а въ голову лѣзетъ одна загадка.. Разгадайте-ка вы ее.. Какъ выгоднѣе, по-хозяйски поступить... У васъ большая семья... Нужно съ нею поселиться. Есть у васъ старый, хорошій, помѣстительный и удобный домъ, брошенный и потому требующій ремонта... Что же вамъ выгоднѣе: отремонтировать этотъ домъ или построить новый, небольшой, тѣсный и притомъ у чорта на куличкахъ...
-- Ну, конечно, ясно!
-- Вотъ и я, старикъ, такъ думаю, а мы полѣзли строить лачужку, да еще на чрезполосной, арендованной землѣ... Для чего эта глупая война?!.
-----
Тайга обрывается. Начинаются горы Красноярска -- высокія, багровыя, точно старая черепица... За Красноярскомъ долины, горы, горы и снова тайга...
Мы подъѣзжаемъ къ Иркутску. Всѣ пріодѣваются. Пасторы выходятъ въ тѣхъ же "загадочныхъ костюмахъ", но въ англійскихъ сѣрыхъ шляпахъ -- "здравствуй и прощай" -- съ двумя козырьками.
Къ нимъ рѣшительно направляется бравый офицеръ
-- Господа, ради Бога, замѣните эти шляпы русскими, въ арміи васъ вездѣ будутъ принимать за англичанъ, и это причинитъ безпокойство.